Выглядел незнакомец странно: величественный облик выдавал в нем небожителя. Он был необыкновенно высоким, прекрасным и сияющим. Это был сам Boxy Мана — Благой Помысел, один из Бессмертных Святых. Он проводил праведного Заратустру к остальным Амеша Спента. Возглавлял этот синклит сам Ахура Мазда. Однако смертному было предложено сесть: для него заранее было приготовлено место. И Заратустра стал спрашивать о самом важном — теперь уже не у людей, а у самого творца. И Ахура Мазда открыл ему множество своих имен: Вопросимый, Желанный, Мощный, Истина, Всеобъемлющая Благодать, Разум и Разумный, Учение и Ученый, Святость и Святой, Сильнейший, Беззлобный, Победный, Целитель, Создатель, Покровитель, Хранитель...

В окончательной редакции Авесты насчитывается 72 имени — столько же, сколько глав в «Ясне» и нитей в ритуальном поясе кусти.

И тогда же Ахура Мазда поведал Заратустре, что не существует великого множества богов и божков: все благое на земле происходит от Единого, а все дурное — от Духа Зла. Ахура Мазда и Ангро Майнью сделали свой выбор, и теперь каждый человек тоже должен сделать его.

После этого откровения произошло само Посвящение. Чтобы Заратустра мог поистине стать великим пророком, ему пришлось пройти через страшные, непосильные для простого человеческого тела и разума испытания. Но великая Триада заповедей, которую поведали посвященному, «благие помыслы — благие слова — благие дела», помогла Заратустре остаться невредимым.

Сначала ему нужно было пройти сквозь бушующее пламя — и огонь не обжег Заратустру. Потом ему на грудь вылили чашу расплавленного металла. Но и это не причинило ему вреда. Когда металл охладился и застыл, Заратустра взял , с литок в руки и преподнес его Амеша Спента. И, наконец, тело испытуемого насквозь проткнули острым кинжалом, так что обнажились кровоточащие внутренности. Но при прикосновении рук рана полностью закрывалась, и на коже не оставалось никаких следов.

Твердость во вновь обретенной вере сделала пророка неуязвимым. Но все же оставалось нечто, с чем человек, пусть даже и величайший из великих, справиться был не в силах. Это была Смерть. Заратустра, как все арийцы, ненавидел и боялся ее. А так как пророку было явлено будущее, в том числе и его собственная насильственная смерть, он, не в силах удержаться от рыданий, обратился к Ахура Мазде, умоляя избавить его от гибели:

— Как же ты, создавший всю Вселенную, все священные стихии — огонь, землю, ветер, воду, — не в силах сделать меня бессмертным!

Однако милостивый и терпеливый Ахура Мазда не покарал бунтаря. Но и просьбу его тоже не выполнил. Вместо этого он объяснил Заратустре, своему избраннику: если дать бессмертие ему, пророку, то не придет кончина и к Братреш Туру, злому колдуну, которого Ангро Майнью породил специально для того, чтобы тот убил Заратустру. И тогда окончательное очищение мира не наступит никогда. Иными словами, если не будет смерти — то не будет и конечного времени, в котором происходит битва с Ангро Майнью, а значит Дух Зла вместе со своими приспешниками обретет вечное существование. И никогда не воссияет неугасимый свет блаженства для праведников.

И еще Ахура Мазда показал в утешение Заратустре все, что было и что будет: судьбы всего человечества, жизни отдельных людей, как великих, так и незаметных, и даже грядущий приход Спасителя и последующее Воскрешение.

И Заратустра осознал всю мудрость существующего мироустройства. Успокоенный, он произнес:
— Нет ничего лучше простой человеческой жизни. Она прекраснее, чем бессмертие при бездетности.

Ахура Мазда одобрил эти слова, наказав пророку немедленно привести в дом супругу, которая родит ему детей. И передать людям это наставление.

Предыдущая страница  Следующая страница
Заратустра

Главное событие в жизни пророка
   Главная  | О сайте  | Обратная связь |                            Предсказания и пророчества
Странствия были лишь подготовкой к главному событию его жизни. И вот однажды оно свершилось. А было тогда Заратустре тридцать лет. Он отправился на берег реки за водой для приготовления хаомы. Река называлась Аеватак, то есть «Текущая в одиночестве». Видимо, берега ее были пустынны и никто не мог помешать уединению праведника и его судьбоносному прозрению. По отмели Заратустра удалился туда, где вода была прозрачнее всего. И вдруг, стоя в воде, он, к своему изумлению, увидел в этом безлюдном месте приближавшегося к нему мужчину.
Заратустра

Rambler's Top100
© EDGARCAYSI.NAROD.RU